Worvik.com > Наши эксперты > Евгений Вежновец
В поисках неизведанного Дао, или вне аутентичной идентичности
Прошедшая избирательная компания, как часть традиции, сформированной в 1996 году во время известных событий, проявилась как рубежное действие, выявившие большое число особенностей процессов и феноменов в текущей программе, запущенной на территории РБ в конце 80-х. Проявился и ряд неожиданных явлений и внесистемных процессов. Например, резкое усиление теневых отношений и непубличных принятий решений без оглядки не то что на общество, но и в целом на всю систему правосудия, которая, как самостоятельный политический игрок, могла бы хоть как-то среагировать. Хоть матом поругаться, что ли? Но в целом серьезных отклонений в течении политических программ от стратегических целей политических актеров идентифицировать не удалось. По-прежнему потенциальные ресурсы (в современном понимании этого слова) не включены в системные политические процессы на территории Большой России, по-прежнему усиливаются позиции победившей политической группы (добывающие ТНК). Территории по-прежнему в значительной степени продолжает терять свой потенциал — человеческий капитал, разрушается промышленный потенциал, накопленный в послевоенные годы, по-прежнему системные трансформации наблюдаются только в рамках задач внешних политических групп. Короче — колонизация продолжается. Более того, в последние годы ряд исследовательских групп идентифицируют исчезновение городов с социокультурной карты Большой России. В Белорусии процессы распада городской культуры дошли до уровня, когда в профессиональных средах обсуждается только одно поселение, и то под “соусом”: “Минск — это еще город, или уже нет.” Что бы “некоторые” не сильно в этом месте задумывались, скажу: много людей в одном месте — это еще не город. Кстати, депопуляция так же присутствует, но это вторичные явления. Выборы позволили заинтересованным субъектам проверить качество и реальную значимость, (также как и наличие) лагистратуры на территории РБ. Позволило выявить и ряд шероховатостей, как минимум, в деятельности лагистратур, основных политических групп, работающих в РБ сегодня, в частности, их кадровых служб. Ряд наблюдателей по горячим следам отметили, что удалось идентифицировать интересные особенности формирования стратификации, ее направленность и скорость. В частности: лубочность и декоративность публичных политических процедур привела к тому, что значительная доля принятых решений теневые. Но это не новость. Однако сегодня четко зафиксировано, что подобная практика породила специфическую систему отношений в обществе которая, в свою очередь, начинает сама по себе работать, как фактор и элемент системы, формирующий мотивацию у субъекта, заставляя отдавать предпочтение именно данным каналам социальной мобильности. Подтвердилось, как минимум: незавершенность социальных групп и высокая степень интегрированности белорусов: с одной стороны — Российский истеблишмент, а с другой (эмиграция не прошла даром) не менее серьезную интегрированность и в Европейские группы. Что касается Северной Америки, то на данный момент не удалось зафиксировать в сколь значимых пределах общепринятыми индикаторами интегрированность в социальные группы данных территорий. Конечно, взаимодействие бизнес-групп, а так же взаимодействие через этнические формализованные группы присутствует, но эти контакты менее значимы и при наблюдениях не учитывались. Уровень интеграции (не взаимодействие, а именно интегрированность!) данных групп (Россия и Европа) и сопоставимость у групп актуализированных ресурсов позволяет сделать вывод о подчиненном положении (некая современная форма вассалитета) с перспективой растворения в головных группах. (Хотя именно так в своих крайних формах появляется глобализация). Традиционные в подобные моменты специфические контакты с Австралийской, Бразильской, Канадской, Бельгийской диаспорой, кроме единичных, а поэтому вполне случайных контактов, отмечены не были. Вполне допустимо, в силу специфики формирования этих диаспор, что они знали “что здесь будет происходить”, и “ввязываться” посчитали для себя делом крайне бесперспективным. В столь пессимистическом прогнозе позволяет утвердится ряд индикаторов, показывающих, что уровень уязвимости групп, принятых ассоциировать с национальной интеллигенцией, подходят к своим предельным значениям. Более того, диффузия культур локальных поселений не то что не остановлена, но даже не “обращает” внимание на деятельность группы, принятой обозначать в отечественной публицистике и беллетристике как “элита”. Социальная дистанция между обществом и властью далеко за пределами тех рубежей, которые признано обозначать как предельные и позволяющие предполагать возможности для диалога. Все управление и руководство территории строится исключительно на принуждении и соответственно о легитимности правящего режима не может быть и речи. Как реакция на беспрецедентное давление, и под влиянием текущих процессов, социальная структура в стране крайне деформирована. Представляется она в виде крайне развитых теневых структур, имеющих если не определяющее, то весьма существенное значение, что является тормозящим фактором при трансформациях. Обнаружен стойкий конфликт культур. С одной стороны, естественной культуры, на которой строятся управленческие решения, и с другой — технотронной культуры, в которой, уже сегодня можно говорить без оговорок, живет все активное население территории Беларусь. Этим же можно объяснить и малоэффективную работу по месту жительства, как частность. Этим же объясняется и страстное желание Минска быть признанным городом, и достаточно равнодушное отношение к данному стремлению жителей Беларуси. (Речь идет не о формальном названии, а о лигитимации. То есть о том, что думают на самом деле люди, принимающие решения о том или ином явлении, объекте или феномене.) Кстати, исследователи феномена “город” уже несколько лет подряд пишут, что на территории Большой России, не смотря на ряд формально предпринимаемых действий российским правительством, поселений с фиксируемым явлением “городская культура” становится все меньше. А уж источников стандартов ..., и говорить не приходится. И это без учета, и не говоря о доминирующем консумеризме, что тоже не маловажный фактор, если не сказать — определяющий. Сами выборы показали огромный протестный потенциал в стране, который не принимается во внимание победившей политической группой при принятии решений и которая явно не готова разговаривать с людьми в рамках диалога. Более того, выборы показали наличие значительного рационального протеста, который тщательно скрывается победителями. Даже исходя из официальных данных от округа к округу в среднем в городах кандидат “против всех” “набирал” в пределах 25 — 30%. Напомним, что на прошлых выборах “против всех” объявлено в пределах 10%. То есть рост, в связи с ухудшившимися условиями жизни, примерно в три раза даже по официальным данным. Если к этому числу прибавить еще такие феномены как “получивший бюллетень, но не проголосовавший” и “испорченный бюллетень”, которые на прошлых выборов находились в пределах от 2,2% в Шумилино до 7,8% в Новополоцке, и которые примерно одинаковы в процентном выражении, да прикинуть на рост иррационального протестного голосования, то получится, что практически половина избирателей проголосовала “против”. То есть половина пришедших на выборы — ни что иное, как оппозиция группировки, узурпировавшей власть в государстве Беларусь. Ну, как минимум, потенциальная оппозиция. Ну это как минимум, а как максимум — серьезный ресурс саботажа и рестрикционизма. (Это кстати о компрадорской бюрократии). Данные выборов (что, впрочем, не является особой новостью) показали полное моральное вырождение той группы, которую в беллетристике и отечественной публицистике принято означать как оппозиция. С одной стороны, уровень образования данной группы оставляет желать лучшего. (Ну, здесь-то как раз все понятно: все иерархические организации строятся по принципу психологической совместимости). С другой, теневые стратеги, отстроившие данную инфраструктуру, так и не смогли привнести ничего нового в их деятельность. А прежние испытанные организационные модели работали, как и положено формальным, то есть до момента, пока шли внешние вливания. Кончились вливания — кончилась и “демократия” с “оппозицией”. Классическая формальная веберовская модель. А с третьей стороны — сама система коммуникации, на основе которой строился весь организационный мененджмент, устарела как минимум несколько десятков лет тому назад, и не знать этого, ну как-то ... . Другое дело, если “стратегами” вся эта оппозиционная группа задумывалась как потешная, а строилась на самом деле что-то иное, скрытое от постороннего взгляда. Но тогда очень хотелось бы на это “что-то” посмотреть, кстати, как и на самих стратегов. Тем более, что сегодня уже должно быть понятно каждому — никакие идеологические мотивы не могут быть препятствием для сотрудничества между разными формализованными политическими группами. Теневые отношения полностью и надолго во всех областях человеческой деятельности взяли под контроль общество в стране. И необходимость возврата к публичности не может оспариваться никакими, даже самыми законченными и махровыми, демократам. Наконец-то появилась реальная идея для объединения всех разрозненных сил. Наконец-то наши борцы за объединение оппозиции получили простую и понятную, надеюсь даже им, национальную идею. И это не какое-то то там возрождение, борьба с режимом, или демагогия о свободе и независимости. Простое и понятное — “За легализацию всех сторон жизни!” или “Долой мафию!” . Правда, за такое и по рогам можно схлопотать. Не менее занимателен вывод, сделанный многими и очень разными наблюдателями, не сговариваясь. Выборы показали, что администрация не обладает значимым ресурсом, чтобы скрыть важную для людей информацию, но они же, эти же выборы, показали отсутствие групп, способных предъявить грамотно юридически оформленное требование ознакомить с информацией граждан, то есть востребовать конституционное право граждан на информацию. С точки зрения автора эти выборы показали абсолютную профнепригодность не только нашей администрации, включая формализованную оппозицию, но и серьезные проблемы с кадрами у головных политических актеров. Показало неспособность организовать трансляцию информации хотя бы относительно правдоподобно, не говоря о способности решать более серьезные вопросы, например, убедить кого-нибудь в чем-нибудь. Если, конечно, бесцеремонное попрание не только всех норм права, но и морали не считать профессиональной деятельностью. По мнению практически всех наблюдателей эти выборы практически ничем не отличались от выборов 1999-2001 года по способу их проведения и способу диалога власть — общество. Разве что большим хамством со стороны администрации. Исходя из представлений исследовательских групп головных политических актеров мы перешли от прямой демократии к представительной, а это уже иные политтехнологии. Определяет представительство теневые договорные отношения между группами. Выборы показали, что изменилась, а вернее рухнула, вся система административных институтов, выстроенных за последние десять лет. Они оказались нефункциональны, а точнее, просто чужеродны в среде. Рухнули, кстати, и СМИ. Не смогли они в итоге сформировать: ни доверие, ни интерес – ни к событию, ни к самим себе. Всевозможные рейтинги, публикуемые в разных массовых изданиях мало кого “возбуждали”. Те, кто занимаются вопросами массмедийного рынка, имели на руках данные о подписке. Те, кто не интересуется подобными “тонкостями”, предпочитал узнать из этой же газеты о появление очередного монстрика на каких-нибудь островах, да и события с Ираком здорово “отвлекало” внимание электората. Грубо говоря, выражалась эта “игра рейтингов” и интерес к “выборам” со стороны людей простой поговоркой — “дураков нет!”. И все это на фоне усиления влияния информации и альтернативности ее источников в Мире! Обращает внимание предположение группы исследовавших локальные медийные поля (только как предположение!). Работа СМИ все эти годы не привела к серьезным деформациям в сознании людей среднего и старшего возраста. Аксиологический комплекс большинства избирателей идентифицируется в состоянии, в котором он находился в 80-е годы. Структура ценностей — это само собой. Но восстановлены системы представлений – осталось за малым, восстановления институциональности. То есть реакция уже идет (см Фромм. Изменение человеческого сознания и поведения не является автоматическим следствием трансформации ... экономических и политических структур, поэтому ... возникающие новые элиты обладают прежним социальным характером и вследствие этого неизбежно воссоздают ... условия старого общества ...). Исходя из этого посыла не сложно предположить, что впереди у нас очередная перестройка. Очень хотелось бы пережить. В силу лубочности демократических процедур в Мире, как тенденции, можно в принципе, сказать, или признать, если хотите, что у нас победила одна, очень определенная, политическая группа. Процедура и методы борьбы изменились в силу движения времени, и именно эта группа эти изменения почувствовала лучше своих оппонентов. Этим она и воспользовалась. Но вместе с тем результаты сегодняшних местных выборов могут быть однозначно оценены, как крупная победа внешних, по отношению к РБ, политических актеров, занимающихся вопросами промышленной политики в рамках Мирового Хозяйства. Промышленными гигантами, мировыми ТНК, производителями промышленной продукции — производственные мощности в Беларуси рассматриваются как избыточные. В современном Мире промышленная политика — задача политическая. Сводится она к контролю местных политических лагистратур и через них организацию локальных территорий привязанных к тому или иному производителю. Поэтому результаты сегодняшних местных выборов в том числе, правомочно рассматривать как крупную победу внешних, по отношению к РБ, политических актеров, занимающихся вопросами промышленной политики в рамках Мирового Хозяйства. Если данный тезис, по крайней мере, не отбрасывать слета, то не сложно предположить, что процессы, сопровождающие урбанизацию в РБ, будут нарастать. Не сложно обратить внимание и на то, что в РБ с городами ... не очень-то. Ибо город, это не просто “много людей”, это еще определенные возможности и определенная культура, а значит бегство с родины растущего ВВП квалифицированных кадров и выпускников недобитых ВУЗов — неизбежность. Еще одно наблюдение. Крупные ТНК, финансово промышленные группы сырьевой и добывающей ориентации доминировали на этих выборах и победили абсолютно, что в серьезной мере ставит заслон развитию в ближайшие пять лет, становлению производства товаров с высокой долей инноватики и высоких технологий. Это, в свою очередь, повлечет стагнацию в сфере образования, науки и элитарной культуры, как точек роста венчурных предприятий. Зато рынки релаксантов и массовая культура будет “давить” все “живое”. Ну а теперь о том, о чем и спорить незачем. “Протрезвели” романтики. При этом, если после президентских выборов у некоторых, наиболее романтичных субъектов может какая надежда на внутренние силы и была, то сегодня уже все. Два десятка партий, полтысячи организаций в Ассамблее НПО, куча всяких независимых и свободных профсоюзов, бизнес, со всякими “зонтиками” и прочее, и ... чуть больше полтысячи кандидатов на всех. Все ... ! Никаких плановых и позитивных интеракций, кроме экзбициониских выходок отдельных известных политиков “работающих” “юродивыми”, они же, по меткому выражению одного политика, “городские сумасшедшие”, отмечено не было. Никаких плановых специально организованных под эти выборы потоков информации отмечено не было. Поступления денег на эту компанию практически ниоткуда отмечено не было. Внешние политические актеры практически не заинтересованы в формировании нормальных Советов. Их устраивает нынешнее положение вещей, а компрадорское чиновничество ищет способ легально выехать из разоренной ими же страны, с чем и “работают” ТНК. С государством подобного типа, как сейчас, покончено на территории РБ в 2001 году раз и навсегда. Заменит его государственное образование иного типа, основанное на местном самоуправлении. Сегодня Мы (Беларусь) – территория с местным управлением, или с властью, представляемой как управляемая система локального действия. Причем головные политические группы настаивают, чтобы система управления строилась на принципах самоуправления. Делают они это в силу того, что только самоуправляемая система может существовать на внутренних ресурсах функционирования. Головные политические актеры от данной территории желают иметь стабильные дополнительные рынки сбыта и источники ресурсов развития для себя. Но для создания этой самоуправляемой системы весьма важны качественные политические актеры, работающие на местном уроне. Что-то я сомневаюсь, что качество местных политических институтов измерялось гендерными, возрастными или иными какими формальными параметрами! Следовательно, не сложно предположить, что “шлифовка” местных лагистратур продолжится. Мало этого, на мой взгляд, сегодня от этих выборов из организованных субъектов больше всех неожиданно пострадала сама администрация, не готовая к подобному развитию событий, и уж тем более не готовая защищать себя от внешних актеров, в частности ТНК. Более того, сама того не подозревая, сама административная система практически потеряла целую ветвь власти — представительную. Ну кто же эти Советы всерьез будет рассматривать? А значит дальнейшие действия власти возможны только при усилении подавления. И это в условиях предельной делигитимации правящей верхушки! Это уже не шутки. В перспективе автор предполагает, что удержать протест людей можно только усилив репрессии. Но протесты не могут произойти в форме организованных публичных выступлений до тех пор, пока не сменится сама система организации протестного электората. В перспективе прогнозируется усиление эмиграции и внутренней миграции: те же наркотики, алкоголизм, массовые психозы, преступность и прочее. Нет, конечно, заинтересованные субъекты изо всех сил будут стараться организовывать всякие “шляхи”, только результат будет смешным, а местами даже глупым. Даже еще более глупым, нежели выступления базарных торговцев. Судя по всему, ожидается большой “посадочный сезон” руководителей разного ранга, кто не успеет сбежать. Они сегодня являются откровенно тормозящим фактором, а перестрелять, как в Росси, уже не возможно, время упущено, хотя состояние морали в обществе вполне позволяет. Совершенно несложно представить, что, если ситуация с балансом сил политических актеров на данной территории сохраниться, и ни одна из групп не приложит усилия для его изменения, то на парламентских выборах, которые уже “на носу”, не сложно будет “найти” сотню демократов, раскрутить их до определенного предела и “выпустить” на выборы. На них организаторы “оттянут” протестный электорат, в принципе кое-где их можно будет даже и во второй тур пустить, без инфраструктуры они все равно не смогут всерьез работать, но ... орать будут — немо .... . Выглядеть все это будет неплохо, практически борьба. При таких раскладах можно любых наблюдателей звать. Даже лорд Джадд не поможет. Формальность будет соблюдена. Только вопрос возникает к стратегам, жить-то Вы где собираетесь? Или думаете, милицией от всех огородитесь? Про совесть, понятное дело, помолчим. Но ходить-то по улицам придется! А как? А ведь какая страна была ... конфетка! И всего-то, не надо думать что кто-то знает лучше Вас, как Вам жить надо, правда при этом еще надо иметь силу доказать свою правоту во время. Ну, это уже банальщина. Помните: про реку ..., про течение времени ..., про бурлящий поток ... и так далее во все своем многообразии. Есть и попроще: про гору, которую якобы можно обойти, про то, что не надо ... против ветра ... . И самое замечательное, что все всё знают, но делать начинают только когда ... клюнет. Будет и у нас все как и вокруг, но только старт у нас такой низкий, что .... . Ну хоть будет о чем вспомнить, не все бы додумались в конце ХХ века объявить производство продовольствия стратегической отраслью. По крайней мере, хотя бы прикололись по полной программе. Только зачем? Все равно ведь придется делать, как положено. При этом сегодня ситуация совершенно уникальная. Власть — сама по себе; администрация — сама по себе; люди — сами по себе. Полный сюр. “ ... Видишь суслика? ... Нет. ... а он есть! Диалог из кинофильма “ДМБ”
Worvik.com > Наши эксперты > Евгений Вежновец |